Странник. Книга вторая. - Страница 97


К оглавлению

97

Из-за спин охранников вышел огромный хуман в полном доспехе имперской работы и подошел ко мне.

– Как тебя зовут?

– Ловкай, мой князь. Я походный вождь, – ответил хуман.

– Король умер, да здравствует король! Окружение короля уже начинает пробиваться поближе к кормушке, – подумал я.

– Построй людей для присяги и главу старейшин ко мне.

Над лагерем раздались крики командиров и толпа начала рассасываться, превращаясь в ровные ряды воинского строя. Мне было необходимо как можно быстрее начать процедуру принятия присяги, пока народ не отошел от шока, и не началось брожение в умах. Через некоторое время явились старейшины клана 'Зорга'.

– Кто из вас главный? – обратился я к старцам.

– Я Алым, глава старейшин клана, – представился один из пришедших.

– Вам известна последняя воля князя Сигурда?

– Да, мой князь

– Почтенный Алым, вы с главой старейшин клана 'Желтой Змеи' Валаром должны привести к присяге воинов клана 'Зорга' и организовать достойное погребение князя Сигурда. Все должно пройти по традициям хуманов и в соответствии с законом. Вы готовы начать церемонию?

– Да 'высокородный', мы готовы, – ответили хором старцы.

– Приступайте! Берите сколько нужно людей и все что необходимо из казны клана.

– Казначей! – крикнул я. Из толпы клановой знати вылез хромоногий хуман и подошел ко мне.

– Я Рапар, хранитель казны клана, что прикажешь мой князь

– Рапар помоги старейшинам, выдай все, что они потребуют, и обеспечь людьми.

– Имар, бегом в замок и приведи сюда Колина.

Приказы следовали один за другим, не давая окружению опомниться. Растерянная поначалу верхушка клана поняла, что со смертью Сигурда их положение в иерархии власти не изменилось, и с удвоенным рвением кинулись исполнять мою волю. Чиновник он и на Геоне чиновник, главное занимаемый пост и власть, а кто отдает ему приказы, не имеет значения. Колин прибежал через полчаса, когда почти все было готово к церемонии принятия присяги.

– Ингар что здесь происходит? – спросил ошарашенный хуман.

– Клан 'Зорга' присягает новому князю, то есть мне. Ты готов идти со мной до конца?

– С тобой хоть в могилу.

– В могилу пока не нужно, но будешь молча делать, что я скажу! Любое возражение и зарублю как собаку! Готов?

– Да.

– Тогда стой рядом.

В это время вернулись старейшины и доложили, что к присяге все готово, а тело Сигурда перенесено в шатер старейшин и готовится к погребению. Я спросил кто в клане мастер по татуировкам? Мне ответили, что клановую татуировку делают старейшины с помощью специального приспособления, наносящего только основные контуры рисунка, а потом татуировка дорабатывается самостоятельно или профессиональным мастером татуировок. Для того чтобы воины могли видеть и слышать меня с любой точки лагеря, я приказал принести стол и залез на него.

– Смирно! Раздалась команда Ловкая и наступила тревожная тишина.

– Воины, я Ингар 'истинный высокородный' с Земли, ваш князь по праву битвы и слову, данному перед смертью князем Сигурдом. Я беру вас под свою руку и клянусь управлять вами по законам хуманов и клана 'Зорга'. Я клянусь защищать клан ценою жизни и жизнями своей семьи и будущих детей. Я клянусь, если потребуется умереть в бою плечом к плечу с воинами клана, награждать за подвиги и карать за преступления. В знак того что я ваш плоть от плоти кровь от крови, я наношу себе татуировку клана 'Зорга' и пусть боги покарают меня если я нарушу свою клятву. Сейчас на ваших глазах глава старейшин свяжет меня кровными узами с кланом 'Зорга'.

Пиар технологии на Геоне еще не были известны и подобные речи, наверное, в первый раз звучали под его небом. Для простого воина обращение к нему как равному и клятва князя непосредственно перед ним, стали настоящим откровением. Я отчетливо видел слезы на глазах у наиболее впечатлительных воинов в первой шеренге. Старейшины тоже прониклись торжеством момента и провели процедуру нанесения кланового знака на мою правую руку как по нотам. Затем начался ритуал принятия присяги. Он мало чем отличался от того, что проходило в замке. Из моей груди снова нацедили стакан крови, а затем эту кровь смешали с кровью присягнувших воинов и разбавили вином. Я выпил кубок кровавого напитка и направился по рядам причащать подданных. Неожиданно процедура пошла по незапланированному сценарию. Из-под стола вылез Тузик и на глазах всех собравшихся перетек из дворняги в малхуса. В таком виде я эльфийского волка еще не видел. Тузик увеличился в размерах в два раза, его шерсть приобрела голубовато-стальной оттенок и заискрилась маленькими разрядами 'Силы'. Клыки в пасти вытянулись и вылезли наружу, глаза загорелись красным светом и раздался леденящий душу вой. Я погладил малхуса по голове, и он лизнул мою руку. По рядам пронесся приглушенный гомон, из которого мне удалось разобрать только несколько слов, – 'Синий волк' и 'Избранный'. В мифологии хуманов я был не силен, но в памяти всплыли воспоминания о каком-то клане 'Синего волка'.

После метаморфозы с Тузиком ритуал присяги пошел на ура, если до этого чувствовалась какая-то натянутость и неопределенность, готовая лопнуть как натянутая струна, то теперь присягающие едва не вырывали у меня из рук чашу с кровавым напитком. Малхус бежал по рядам немного впереди, и воины тянули к нему руки стараясь коснуться его шерсти. Искорки с шерсти перетекали на руки воинов, и они счастливо улыбались какой-то непонятной для меня удаче. Но не все происходило так уж безоблачно, четырежды при приближении Тузика из шеренги пытались убежать воины, но не успевали сделать даже несколько шагов, как тут же были убиты моей охраной. Я делал вид, что произошедшее в порядке вещей и эти смерти запланированы, но чувствовал, что еще немного и у меня от напряжения поедет крыша. Закончив ритуал, мы с Тузиком вернулись к столу, ставшему импровизированной трибуной, возле которой столпилась вся верхушка клана. На лицах представителей элиты застыл неподдельный ужас, и они не отрывая глаз, смотрели на малхуса. Здесь повторилась та же история с беглецами, но в этот раз я не дал охране убить предателей. Из двенадцати приближенных только двое не выдержали проверки Тузиком, что не так уж и плохо, мне казалось, что убежит как минимум половина. Охрана быстро упаковала беглецов, но я приказал никуда их не уводить, у меня на эту публику были особые виды.

97